«Мой сын в 60 лет – никчемный алкоголик»

Челнинка ждет, что сын станет прежним. Каким был раньше – без бутылки водки в руке. Время идет, переживания забирают много душевных сил, а покоя нет.

 

– Каждый месяц я проживаю две жизни, – слышу ее тихий голос. – Первые две недели самые страшные: сын получает пособие по инвалидности и тратит все деньги на водку. Пьет до безобразного состояния, спит на полу. Ругается по-всякому, бегает по комнате кругами, меня оскорбляет. Я его очень боюсь. Днем и ночью закрываюсь в своей комнате. Спустя две недели сын словно от гипноза отходит – улыбчивый, с губ не сходит ласковое «мама». В такие дни мы вместе ездим в магазин и на рынок, закупаем продукты с запасом. Обеды готовим, общаемся, телевизор смотрим, сидя рядышком. А я со страхом жду день получения пособия, и все заново – сын стремглав бежит в магазин, забыв про меня, про мое больное сердце.

 

Пожилой женщине и самой нужна забота, ведь она передвигается в инвалидной коляске: когда заболела сахарным диабетом, ампутировали одну ногу. О протезе разговор не поднимала, поскольку другая тоже болит и нагрузки не выдержит.

 

В своей комнате Светлане Дмитриевне не до сна, каждый раз перелистывает страницы своей жизни. У нее была благополучная интеллигентная семья. Замечательный муж, за которым она была как за каменой стеной, ни разу грубого слова не слышала.

 

– Помню, я что-то выпалила сгоряча, так он строго отреагировал: «Как ты можешь? Это неприлично!» – делится Светлана Дмитриевна.

 

«До 25 процентов причин смертности россиян нередко связано с употреблением алкоголя», – говорит заместитель министра здравоохранения РФ Евгения Котова.

 

Супруги работали на ответственных должностях, и два сына с детства росли самостоятельными. Хотя условия жизни, требования строгих родителей были одинаковы для них, у каждого оказалась своя судьба. Младший в 33 года погиб в ДТП, есть внучка и правнуки – звонят любимой бабуле, но приезжать боятся – дядя непредсказуемый.

 

– Казалось, у Александра все складывалось нормально: после школы поступил в техникум, – говорит моя собеседница. – Неожиданно бросил учебу, пояснив, что не ту профессию выбрал. Мы с мужем переживали, а он легко поступил в КамПИ и вновь нас расстроил: ушел после первой сессии, мол, не нравится. Проводили его в армию, надеялись – образумится, мозги встанут на место, серьезным, закаленным будет. Вернувшись, он женился. Мы молодой семье с жильем помогли, появилась дочь – наша внучка. Но ему не повезло с женой: она сама пила и Александра пристрастила к спиртному. Александр развелся и вернулся к нам, помогал ухаживать за больным папой, который слег после гибели младшего сына. После похорон мы остались вдвоем в квартире, где я одна решаю все проблемы с оплатой, ремонтом, с протекающим краном, вышедшей из строя стиральной машиной. Держу все в чистоте и порядке. Сыну сама рубашки глажу, готовлю ему вкусную еду. Не хочу быть жестокой, даю повод меняться. А он в 60 лет – никчемный алкоголик.

 

Переживая за сына, Светлана Дмитриевна не сидит сложа руки. Устроила его на пять месяцев в частную закрытую клинику под Казанью под охраной. Заплатила за лечение из своих сбережений 180 тысяч рублей. Это время – без сына – для настрадавшейся матери было самым спокойным. К сожалению, лечение не помогло – вернулся, и уже через месяц вновь продолжилась «дружба» с бутылкой.

 

– Как будто и не лечился, – сетует Светлана Дмитриевна. – Когда совсем тяжко от его агрессии, пьяных выходок, звоню нашему участковому. Хороший, отзывчивый человек. Он несколько раз увозил Александра в отдел полиции, но сын не может там находиться вечно. Возвращался недовольный, лишь глазами зыркал. Трезвый все понимает, может успокоить: «Мама. больше так не буду», а пьяному море по колено. Больно, что сам себя убивает алкоголем.

 

Некоторые советчики предлагают ей разменять жилье и купить сыну отдельную квартиру. Якобы самостоятельное проживание заставит его задуматься, встряхнуться и уйти от опеки матери. Но Светлана Дмитриевна сильно сомневается: «Продаст он квартиру, пропьет и вновь ко мне вернется».

 

От депрессии и грустных мыслей ее спасают выезды на концерты, книги, общение с подругами. К ним присоединилась новая знакомая – бывшая учительница. Узнав о семейной драме Светланы Дмитриевны, она приехала с ней познакомиться, привезла гостинцы. Сейчас тоже звонит, всячески поддерживает, летом пригласила к себе на дачу.

 

– Утешение мое в том, что вспоминаю счастливые дни нашей семьи, ведь их было немало, – делится челнинка. – Даже книгу воспоминаний написала, несколько лет ушло на это. Каждая страница полита моими слезами. Есть у меня личное письмо Александру: «Мне повезло, что у меня был мой младшенький, которого я считаю золотым сыном. Жаль, что его нет с нами. Люблю, скучаю безмерно. Александр, не знаю, поможет ли тебе мое письмо – это крик моей души. И ты по каплям пьешь мою кровь, мою жизнь. Подумай, если успеешь. Сынок, тебе нужно опомниться…».